Гагаринский районный суд Смоленской области рассмотрел дело, в котором истцом выступил А., требующий признать свое право на обеспечение жилым помещением и внесение в список детей-сирот. Иск был направлен к Администрации муниципального образования «Гагаринский муниципальный округ» Гагаринского районного суда.
Судебное заседание установило, что А., родившийся в 1989 году, относится к категории детей, оставшихся без попечения родителей. В 2004 году оба его родителя были лишены родительских прав, а в 2001 году он был направлен в детское учреждение на полное государственное обеспечение. За истцом было закреплено право проживания в жилом доме в деревне Телятовка, который принадлежал ТСОО им. Горького, где ранее проживала его мать.
Несмотря на это, А. неоднократно обращался в администрацию с просьбами о предоставлении жилья как лицу из числа детей-сирот, но каждый раз получал отказы. Причиной отказов указывалось наличие закрепленного права проживания в указанном доме и достижение им 23-летнего возраста. В ноябре 2024 года ему снова было отказано во включении в список на обеспечение жильем, поскольку не было установлено невозможности проживания в закрепленном помещении.
Суд, выслушав все стороны и изучив материалы дела, пришел к выводу, что закрепление за сиротой права проживания в доме, где проживала его мать, не может считаться обеспечением жильем. А. не являлся ни нанимателем, ни собственником данного помещения, а общая площадь жилого помещения на каждого зарегистрированного члена семьи была менее учетной нормы (10,5 кв. м). Кроме того, дом нуждается в капитальном ремонте, что делает проживание истца в нем невозможным.
Согласно части 9 статьи 8 Федерального закона № 159-ФЗ, право на обеспечение жильем сохраняется за лицами, достигшими 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями. Однако, как выяснил суд, в личном деле истца отсутствовали документы, подтверждающие его право на внеочередное получение жилого помещения. В связи с этим законный представитель несовершеннолетнего не обращался о включении его в соответствующий список.
Таким образом, образовательное учреждение не предприняло необходимых мер для решения вопроса об обеспечении А. жильем до его достижения 18-летнего возраста. Учитывая все обстоятельства, суд пришел к выводу, что закрепление жилья за истцом имело формальный характер, а фактических оснований для отказа во включении в список лиц, подлежащих обеспечению жилыми помещениями, не имелось.
В результате, суд признал за А. право на обеспечение жилым помещением из специализированного жилищного фонда по договору найма специализированного жилого помещения на территории муниципального образования «Гагаринский муниципальный округ» Смоленской области. Также была возложена на администрацию обязанность включить А. в список детей-сирот и лиц из их числа, подлежащих обеспечению жилыми помещениями.